Skvot

Mag

Skvot              Mag Skvot Mag
Курсы по теме:
Ваня Сияк: «Человек не может писать лучше, чем думает»

Экс-главред WAS о том, какими должны быть медиа и почему заработать там сложно.

card-photo
card-photo
Саша Баглай

автор в SKVOT

Ваня Сияк пришел в медиа 20 лет назад.

Сначала работал на 1+1, потом на телеканалах «Интер» и M1. Был копирайтером в ISD Group и редактором команды Red Bull в Prodigi. Сделал WAS, каким мы его любим, а BirdInFlight — каким мы не всегда понимаем. Сейчас работает в маркетинге «Альфа-Банка», недавно завел fb-страницу, где собирает текстовые факапы и дает рекомендации по райтингу. Ее слоган — «Годные тексты излучают, а лажовые фонят».

У журнала SKVOT формат гайда — что делать, чему учиться, с чего начинать и как не бросить. Ваню Сияка нельзя втиснуть в какой-то формат, даже пытаться глупо. Интервью с ним — линза реальности для романтиков от текстового креатива.

 

Об иллюзиях насчет медиа

Медиа продвигают не только своих рекламодателей, но и себя как место работы. На это многие покупаются — и я по молодости купился тоже.

Я в медиа с 1998 года. Тогда репутация профессии журналиста была очень высокой — Парфенов, Ткаченко, Скрыпин, Вересень. Сейчас работать в медиа уже не так круто. Что ты выберешь, если тебе 20 лет: 1+1 или Banda?

Людям нравится идея не-офисного стиля жизни: ты журналист, оп, накатил, оп, взял интервью. В этом есть своя прелесть, но нет далекой перспективы. Относительная свобода, общение с очень интересными людьми. А дальше — пустота.

О том, где журналисту достойно зарабатывать

Большинство людей в Украине не готовы тратить на покупку контента даже $10 в месяц. Дело не в морали, просто мы в основном — некрасиво бедные люди.

Зарплаты в медиа позорные. В Украине 2019 года журналисту заработать тысячу долларов — проблема. Надо быть очень наивным, чтобы уйти из рекламы автором в медиа. Денег не больше, а престижа меньше. Лично мне неудобно работать в сфере, где умным людям платят мало. Не хочу нести этот груз.

Журналистов принято ругать, но этими деньгами нельзя заманить в медиа никого другого. Тех, кто попался, быстро вымывает в смежные профессии. Оставшихся часто хочется обнять.

Райтер — не журналист. Он работает и с рекламой, и с пиаром, и с медиа. Работает на себя. И это вариант.

О том, как работать со слабыми авторами

Люди вообще плохо пишут. В WAS на редактирование текста мы иногда тратили больше времени, чем автор его писал.

У меня болезненно высокие критерии. От этого страдаю сам, приходится много работать руками. В большинстве текстов правлю каждое предложение, честное слово.

Стараюсь сразу подбирать людей, которые умеют как минимум неплохо писать. Объяснять у меня получается так себе, поэтому чаще показываю на личном примере, переделываю сам. В финальной редакции текста Сияка может быть больше, чем автора.

Хочется, чтобы передо мной стояли пять Иванов Сияков, а я им говорил, что делать. Они делают — я хвалю.

У меня болезненно высокие критерии

Я очень мягкий человек, не умею продавливать авторов под себя — это не мой метод. Автора, которого надо ломать под свои критерии, проще уволить, наверное. Но не помню, увольнял ли когда-нибудь.

Сейчас большая проблема с кадрами. Индустрия должна подпитываться молодежью, а молодежь валит в Польшу, работать в Google. Если бы мне было 20, я бы тоже свалил.

В США на собеседовании в редакции можно спрашивать у кандидата о теме дипломной работы, увлечениях, волонтерстве, любимых писателях. Можно подбирать по тонким критериям. У нас, если журналист пишет грамотно и более-менее адекватен, сразу хватай и сажай в офис.

О том, как развиваться журналисту

Человек не может писать лучше, чем думает.

Работа в одном формате ограничивает в развитии, а значит — и в трудоустройстве. В медийных и околорекламных сферах работу меняют часто, пригодятся разные навыки. Хорошо уметь делать SMM и нейминг, придумывать рекламные кампании, писать пресс-релизы, статьи, репортажи в медиа вроде WAS и Bird in Flight.

Сейчас нет более информативных инструментов, чем видео. Его будут использовать еще много лет, пока не появится нечто совершенно новое, что пока даже невозможно представить. Трансляция волнами прямо в мозг, например.

Если бы у меня сейчас были свободные время, деньги и силы, я бы учился видеосъемке и монтажу. Человек, который классно пишет, умеет хорошо снимать и монтировать — золотой человек. Он будет нарасхват в околомедийных, рекламных и пиарных индустриях.

О разборках в соцсетях

Считаю важным разрушать информационные пузыри. Если вижу, что в фейсбуке превалирует какая-то позиция — могу выступить против нее из принципа. Иногда мое мнение формируется прямо во время спора.

Не могу отключить редактора. Это часть моей натуры, я так себя представляю обществу. Ремесло всегда и везде идет в ход.

Никогда не оскорбляю первым, но могу спровоцировать. Обзываются, а драться не приезжают — пацаны, это днище.

Любителям истории нравится ругаться. К примеру, среди серьезных ценителей в Украине есть две фракции. Одна считает, что казаки носили шаровары, другая доказывает, что узкие штаны. Дискуссии бывают очень жесткими.

Никогда не оскорбляю первым, но могу спровоцировать

WAS получился похожим на меня. Это мужчина 35+, который может ввалить. На странице WAS в фейсбуке мы банили только за оскорбления наших авторов и по национальному признаку. Писать, что главный редактор — дол*б, было можно. При этом редакция всегда защищала своих фрилансеров и не допускала выяснений, кто из комментаторов хохол, жид или москаль.

О бедах наших медиа

Проблема наших медиа — мало практической ценности и читать неинтересно. Журналисты слишком часто пишут на основе того, что нагуглили. А я сам себе могу нагуглить лучше. Большую часть информации можно получить в более качественном виде на английском.

Слишком много новостей, в основном политических. Мало информации, которую хочется пересказать. В результате я читаю, допустим, какую-то российскую «Медиазону», потому что там живые люди с живыми историями.

Конечно, я немного опасаюсь, что у меня больше никогда не будет работы, которая настолько бы соответствовала моим интересам, как WAS. Это издание позволяло мне читать, что нравится, задавать вопросы, которые мне любопытны, получать информативные ответы.

Мечты о медиа будущем

Экспериментировать нужно без оглядки на аудиторию, потому что она не знает, чего хочет. Но если эксперимент не заходит, если понимаешь, что темы и форматы неинтересны, — ждать нечего, надо меняться. В конце концов, редактор несет ответственность перед издателем и читателями.

Коммерческий отдел вообще не должен общаться с редакцией — лучше, когда они сидят в разных помещениях и не пересекаются вообще. Но сейчас в Украине и в мире такой принципиальности уже, наверное, не осталось.

Каждую историю, которую рассказывают украинские медиа, можно рассказать интереснее и ярче. Но для этого нужны деньги — зарплаты, командировки, плата источникам, съемки, дроны.

К примеру, первые «Намедни». Парфенов начинает в студии, а продолжает говорить в Париже. Следующий синхрон из Нью-Йорка, потом опять студия, в которую заезжает президентский Мерседес. От этого сносило голову.

Чтобы взорвать украинский рынок, в медиа нужно вкладывать гораздо больше денег.

Поделиться материалом
РАССЫЛКА SKVOT

Раз в две недели мы отправляем новые публикации и анонсы курсов на почту