Skvot

Mag

Skvot              Mag Skvot Mag
Курсы по теме:

Леша Ивановский: «В XXI веке мысль, что кто-то стырил графическое решение, — нонсенс»

Дизайнер и арт-директор о важности экспериментов, ценности ограничений и поиске правильного языка.
card-photo
card-photo
Маша Короткевич

Автор в SKVOT

Леша Ивановский вносит свое видение во все, с чем работает. Он был арт-директором культового сайта W→O→S, работал графическим дизайнером в печатных «Афише», «Большой город» и Interni, а теперь развивает креативный тренажер-приложение W1D1.

В этом проекте Леша дизайнит, арт-директит, тестирует, программирует, анимирует, организовывает команду между Москвой и Нью-Йорком. Всё — чтобы создать сообщество тех, кто вместе будут творить странные, но прекрасные вещи.

Сейчас Леша погружен в допиливание приложения, поэтому рассказывал про MVP, опенсорс и дебаггер :) Но не только. Еще мы узнали:

 

Чем ты занимаешься прямо сейчас?

Я за два дня полностью перерисовал и переписал анимации главных экранов W1D1. Нормальная дизайнерская работа на изоляции.

С карантином цифровой мир, к которому мы шли, вдруг наступил. Бабах — и во всех школах онлайн-образование. То, что давным-давно собиралось случиться, взяло и случилось. И вот уже мой тренер по боксу, 60-летний советский чувак, на даче записывает часовые тренировки и выкладывает их в ютуб. Мир прекрасен.

В моей работе ничего не поменялось. Переехал домой, стало еще больше мониторов :) У меня одновременно запущено два симулятора, дебагер (программа для отладки приложения — прим. ред.). На соседнем компьютере подсматриваю курсы швейцарского чувака по анимации для React Native (платформа для разработки приложений с открытым кодом — прим. ред.).

Сейчас мы выложили W1D1 в App Store. На момент, когда мы разговариваем, приложение уже установили почти восемь тысяч человек — и мы бесконечно тестируем, смотрим метрики, вычисляем баги и перепиливаем. Стараемся раз в пару дней выкатывать новую версию.

Ты можешь назвать себя дизайнером?

Мне все время казалось, что слово «дизайнер» меня немножко неточно описывает. В W→O→S я работал с Андреем Иляскиным, который рисовал невероятной красоты вещи. Поставить задачу — и он сделает картинку в тысячу раз лучше, чем я. Но, например, структурировать контент — это не его. А я и таким занимаюсь.

Я тоже дизайнер — но при этом сижу в Amplitude (сервис для аналитики мобильных приложений — прим. ред.). Статистика пользования приложением — это важнейшая штука для правильного дизайна, главный дизайнерский инструмент, я не шучу.

А какой ты арт-директор?

Я как арт-директор не могу довлеть своим визуальным языком. Мне часто кажется, что задача может быть решена по-разному. Но иногда нужно по-лидерски сказать: «Сейчас бежим вот туда». Ни одна из крайностей — не ответ, нужно жонглировать.

Арт-директор похож на капитана парусной лодки. Можешь просто лежать на палубе со стаканом, но при этом фундаментально решать, куда вы все плывете. Причем еще стараешься сделать так, чтобы путешествие не казалось команде муштрой — чтобы все кайфанули и было весело, но никто случайно не упал в воду и не утонул.


Леша за рулем яхты с другом Сашей Сколковым. Источник: facebook.com/lesha.ivanovsky

Всем директорам советую стать капитанами и бороздить океаны — отличный тренажер. Я сам полмира под парусом прошел. Опыт диких путешествий дает ощущение, что жизнь не бессмысленна.

Летом 2019 года я собрал восемь своих друзей и жену и вытащил верхом на лошадях в горы на границе Китая, Монголии, Казахстана и России. Это было люто: высоко, очень долго, очень холодно, снег в июле. Я много раз ходил в походы в дикой природе, но по моей шкале это было 8 из 10 по хардкору. Это всё сложнейшая микрожизнь.

Ты влиял на стиль W→O→S, когда там работал?

В проекте W→O→S я отвечал за все визуальное и параллельно придумывал разные интерактивные штуки. Я дружил с программистами и говорил с ними на похожем языке. Визуально все часто менялось, было много экспериментов. В целом W–O–S — это про эксперимент, там не было системы.


Коллаж для одной из статей W→O→S

Мы делали много нового для медиа, но главное новое было связано с интерактивами. Придумывали и реализовывали всё за один-два дня. Я удивлен, что многое все еще работает, собирает просмотры. Например, совместный проект с музеем «Манеж» про Малевича, Кандинского и Родченко «Соло на авангарде» — такая невероятная ебанина, что даже сейчас не стыдно.

Сегодняшние проекты — результат тех экспериментов?

Конечно, во многом. Задания для W1D1 еще сильно навеяны детским творческим лагерем «Камчатка», который проходит летом в Эстонии. Его организовал Филипп Бахтин (экс-главный редактор журнала Esquire — прим. ред.). Там самые классные люди на свете — журналисты, музыканты, писатели, фотографы — становятся вожатыми и делают какую-то веселую шизу.

В «Камчатке» я был вожатым несколько раз. Нужно было создавать движню, придумывать что-то, жить в палатках. Получается такое локальное счастье с близкими по духу чуваками. Когда на две недели уезжаешь в лес — это не может не сработать на творчество.

W→O→S и «Камчатка» привели меня к тому, что я сейчас делаю. И «Афиша» тоже — я там со всеми познакомился. Она стала моей первой настоящей работой, где комьюнити было не менее важным, чем задачи. Вокруг были классные люди, мы все время копались в чем-то суперинтересном. Хочется, чтобы наше приложение тоже формировало такое сообщество.

Расскажи про W1D1.

Это онлайн-место, где люди со всего мира собираются, вместе делают творческую глупость и от этого получают суперкайф. Хочется, чтобы такого было сильно больше.

Название W1D1 получилось от долгих трансформаций. Изначально приложение называлось Wonder (WNDR), но это было слишком general. Потом мы отсортировали контент по дням — Week 1 Day 1, такое сокращение и оставили.

А для кого это приложение?

W1D1 задумывалось для молодого городского диджитал-жителя, но это оказалось слишком обширной категорией. Лучше всего на проект реагируют те, кто связан с творческими профессиями. Не только дизайнеры и фотографы, но и те, кто соприкасается с креативом. На самом деле, настоящий ответ на вопрос «для кого?» получим, когда широко запустимся.


Стартовая страница w1d1.com

Одна из главных прелестей W1D1 в том, что оно для всех культур. Сделать образовательный продукт и запустить его в любой стране — это не очень простая задача. Часто такие проекты довольно специфичны к культуре, языку или методу изложения. Мало кто будет слушать лекцию с субтитрами, это барьер. Тут такого нет.

Это некоммерческий проект?

Польза и коммерческий успех — это связанные вещи. Как ты продашь, если не приносишь пользу? Особенно, если продажи вдолгую. Ты не сможешь втюхать людям то, что не приносит пользы.

Сейчас мы делаем бесплатную версию, потому что такой вайб: все всё открывают. Потом попробуем недорогую подписку, пять баксов условно — точно дешевле, чем Netflix или Headspace.

Как вы выстроили структуру контента?

На основе наития и перебора. В команде все так или иначе art-related, отсюда очевидный перекос в визуальное. Но когда главный инструмент — камера, по-другому и не будет.

Мы пробовали использовать научные методики. Попытались оттолкнуться от академических работ, например, Кита Сойера. Но у него суперакадемический подход к теории творчества. Мы поняли, что по факту между теорией творчества и применением огромная разница. Физик-теоретик Ричард Фейнман как-то сказал, что философия науки нужна ученому, примерно как аэродинамика птице.

Единственный способ понять то, что написано в таких книгах, — экспериментировать. Было непросто сформулировать эти таски так, чтобы они были понятными и их можно было выполнить. У меня до сих пор есть пять разных баз с заданиями: и сейчас смотрим, что работает, что нет.

Опиши парочку заданий?

В приложении есть короткое видео, которое объясняет задачу. Например, нужно рассказать историю про себя через фотографии частей своего тела. Если хочешь погрузиться в исторический контекст, можно полистать карточки: там мы рассказываем, кто из фотографов использовал этот прием.

 Интерфейс приложения W1D1

Есть задание с blackout poetry: нужно взять любой текст, что-то повычеркать, оставшиеся слова сложить в стихи.

Мы очень любим старых фотографов. Например, сделали задание про Флоранс Анри, ее эксперименты с простыми формами и зеркалами.

Задачи каждый день разные: нужно самому что-то сделать, найти или просто выполнить задание на внимательность. Иногда мы просто рассказываем про историю искусства.

Один день — одно задание. Нельзя ускориться?

На самом деле, одно задание в день — огромный темп. Если правда всё выполнять, в месяц будешь производить невероятное количество контента.

В среде приложений для креатива есть конкуренция?

Это удивительно, но прямой конкуренции нет. Есть мастодонты типа огромных библиотек Skillshare и DIY, но они немного про другое.

Skillshare — это немножко, как Coursera: крутейший маркетплейс, коллекция лекций. Он с другим вайбом. Туда идешь, если ты самозамотивирован. Вот мне нужно было анимацию в приложении переделать — я оплатил курс, прошел его, научился.

Сейчас все по привычке мыслят в суперкоротких сроках, а W1D1 не сделает из человека хорошего дизайнера моментально. Тут эффект на далекую перспективу.

Этот проект дал тебе какие-то новые навыки?

Я заметил, что всегда занимаюсь проектами, где всё на уровень сложнее того, что я уже умею. Проект W1D1 сложнее как минимум потому, что он организационный: я выплачиваю людям зарплату, перевожу их в Нью-Йорк (там у нас основная команда) и обратно, договариваюсь с инвесторами.

Контент, дизайн, анимация — все это тоже меня касается. Набор скиллов растет, он просто феерический. Но на самом деле, мои главные новые скиллы — продуктовые.

Я научился безжалостно резать. Маленькой командой большой продукт не выпустить — поэтому нужно начать с минимального рабочего функционала, а потом его дополнять. Это очень сложная задача, но, мне кажется, мы в этом немножко прокачались.

Как бы посоветовал развивать креативный скилл начинающим дизайнерам?

Сильно работает self project: когда ты сам себе придумываешь проект, ставишь задачу. Это суперускоритель всех процессов. Дизайнер, который решил рисовать одну книжную обложку в день, через три месяца будет в сто раз сильнее, чем до старта.

Когда берешься за свой проект, примерно через две недели выработаешь все дефолтные механизмы и приемы — и окажешься в тупике. Вот тут, в условиях ограниченного формата, и начнешь изобретать.

Ровно вся культура человечества — про эксперименты внутри жесткого формата. Первые кинокамеры были огромные, с ручным приводом — поэтому оператор не мог снимать в движении. А потом кто-то предложил: «Давайте сделаем ручную камеру?». И фильмы стали выглядеть иначе. Классно, когда есть ограничения: сразу становится понятным, какие навыки и инструменты в них нужны, и начинаешь их дополнять, переизобретать.

Всё лучшее происходит, когда человек начинает смотреть по сторонам, перенимать чужой опыт, тырить. На ранних этапах — просто тырить. Мне всегда не были близки разговоры вроде «Кажется, он у нас украл эту штуку». Мы живем в мире, где все во взаимообмене. В XXI веке мысль, что кто-то мог стырить графическое решение, — нонсенс.

Сейчас культура — это, скорее, огромная самоопыляющаяся структура. Идея, что ты создал кусок чего-то в отрыве от всего остального, — очень хлипкая. Скорее всего, твое решение — сумма твоей насмотренности. Увидел десять хороших картинок, и твоя — их синтез. А другой человек придумал синтез твоей и еще чьей-то. И это супер.

Мне бы очень хотелось, чтобы риторика «кражи идей» остановилась навсегда. В нашем приложении тысяча строк кода написана другими людьми, в опенсорсе. Все просто заодно, и это суперкруто. Куда я без этого?

Сегодня еще существует понятие «хорошего вкуса»?

Во мне говорят два человека. С одной стороны, я суперстарпер. Мне кажется, что примерно после Джованни Беллини искусство закончилось. Искусство XVII века мне в миллион раз менее интересно, чем XV. Но, с другой стороны, это поза и придирки.

Ну какое, в жопу, искусство в XXI веке? Внутри своего маленького пузырька мы считаем, что вот эта страница в инстаграме — красивая, а вот та — нет. Но это просто социальные договоренности. В соседнем пузырьке считают по-другому.

В какой-то момент все решили, что эстетика журнала Kinfolk — это красиво. А сейчас кажется, что это невероятная пошлятина и последняя в мире вещь, которой хочется заниматься.


Разворот журнала Kinfolk

Часто сама риторика искусства предполагает доминанту: есть институции, которые определяют, кто хороший, а кто мудак. Поэтому в нашем приложении не может быть неправильного ответа и модерации. Сказать: «Чувак, ты неправильно сфотографировал силуэт ветки», — это полный абсурд. Мы строим W1D1, чтобы убить диктат одного мнения.

Самое важное — делать. Если рядом кто-то рассуждает, как должно быть красиво, но не делает (или не выкладывает), это не в счет. Я за то, чтобы делать всё из всего — хоть из говна и палок.

Ок, ты против авторитетов. Но есть же те, на кого можно ориентироваться?

Конечно. Например, инста tomorrow.type.today, ответвление шрифтового магазина Type Today, которую ведет Тимур Зима. Он показывает, куда пришли шрифтовые исследования сегодня. Невероятная красота, на это хочется смотреть бесконечно:

При всем том, что взгляды плюралистичны (мы все разные и живем по-разному), внутри одного локального пузыря вкусы довольно сформулированы. И чтобы понимать, куда все смотрят и бегут, надо насматривать то, что вокруг. И всё это нужно понять, чтобы знать, на каком «языке» дизайнить.

Меня спрашивают: «Как сделать странную ебанятину?». Мне кажется, это не всегда нужно. Если обращаешься к людям из значительно более широкой тусовки, чем дизайнерская и артовая, — условно, ребятам из банка, — с ними и не нужно говорить на странном языке.

Нет задачи просто сделать новое ради нового. Но иногда — это инструмент. Если создаем новое приложение, странный дизайн помогает отбиться от остальных. Заходишь — а там все по-другому. Про предыдущую версию W1D1 один мой друг сказал, что он как будто попал в мой сон — и я его там за руку вожу. Отличное ощущение от приложения.

Как учиться «другим языкам»?

Надо найти среду — место, где можно сделать пять таких плохих продуктов. Зато шестой вариант будет ничего. Мне кажется, это самый хороший способ научиться.

Когда мы пилили W1D1, сделали буквально все ошибки, которые можно было. И в свое время все шутили про W→O→S и «кровь из глаз», но через такие ошибки растешь.

Такие среды надо искать, холить и лелеять, потому что это суперточки роста. И их существенно больше, чем кажется. Круто, когда в компании за ошибки не пинают — когда там фокус на том, что ты делаешь, а не том, что делаешь что-то суперправильно. Если так, рост будет просто космический.

Поделиться материалом
РАССЫЛКА SKVOT

Раз в две недели мы отправляем новые публикации и анонсы курсов на почту