Skvot

Mag

Skvot Mag
Курсы по теме:

Алина Рудя: «Никогда не сдаваться — совет простой, но важный»

Тревел-фотограф о «ты же девочка», съемке на смартфон и психическом здоровье.
card-photo
card-photo
Маша
Короткевич

Автор в SKVOT

11 декабря, 2020 / Искусство / Статья

Если описать Алину Рудю хэштегами, получится: #redhead #smiling #serious #photo #travel #woman #bellcollective #Украина #Германия #ярко #чб #море таланта и упорства. Она снимала с детства, училась в Могилянке, Lette-Verein, Parsons School of Design и еще много где. А теперь не только реализует личные амбиции, но и меняет отношение к женщинам в профессии. 

Алина сотрудничает с Mercedes Benz, Nikon и Samsung как профессиональный фотограф и инфлюенсер, живет в Германии и путешествует по миру. Даже в карантин она улетела на остров Фуэртевентура в Атлантическом океане. Мы созвонились в зуме, и Алина рассказала:

Как ты начала фотографировать?

Мой папа был фотографом-любителем: куда бы мы ни ехали, он брал с собой камеру. Как инстаграмер, только без инстаграма. У нас дома была куча пленочных фотоаппаратов, проявочная в ванной. Я с детства интересовалась фотосъемкой — снимала все, что видела.

Папа никогда не называл меня принцессой и не говорил, что я должна заниматься «женской профессией». Он всегда поддерживал мои начинания. От мамы я чаще слышала, что нужно найти хорошую работу в офисе, — но давления от родителей не было.

Когда пришло время поступать в вуз, я побоялась выбрать специальность, связанную с искусством: была прагматичная мысль, что художником или фотографом невозможно заработать. И я пошла на политологию в Киево-Могилянскую академию.

Мне хотелось пожить за границей, и после бакалавриата в Украине в 2006 году я поступила на магистратуру по политологии в Будапеште, получила стипендию. Год прожила там, а потом переехала в Берлин — и продолжила учиться, тоже по стипендии, на liberal arts. Германия — одна из немногих стран в Европе, где высшее образование хорошо субсидируется, поэтому не нужно выкладывать огромные деньги за учебу, как в США или Британии. 

От немецкого друга я узнала о берлинской школе Lette-Verein — одной из первых в Европе, где женщины изучали фотографию еще в конце XIX века. Я прошла огромный конкурсный отбор. Но мне не дали учебную визу, так как это не университет. Тогда я на два года вернулась в Киев и окончила еще одну магистратуру — в Могилянской школе журналистики.

В 2010 году я все-таки поступила в Lette-Verein и параллельно — в Свободный университет Берлина, на историю кино. Проходить курсы одновременно и там, и там — изматывало. Мне просто хотелось изучать фотографию, но без статуса «студент университета» меня бы выдворили из страны.

После стольких лет обучения мне хотелось получить диплом по специальности, к которой я всегда тянулась, — визуальные коммуникации, фотография и графический дизайн. Оставив Lette-Verein, я поступила в Берлинский университет искусств — и один семестр, по обмену, училась в Parsons School of Design, лучшей школе дизайна в США.

Я очень много училась :) Конечно, хотелось бы начать стопроцентно заниматься фотографией раньше. Но свой опыт я ни на что не поменяю.

А какой была твоя первая выставка?

У нас были групповые студенческие выставки, первые уже все не вспомню. А моя первая личная выставка — это Prypyat mon Amour в 2016 году в Берлине.

 Кадры из проекта Prypyat mon Amour

Мой папа — физик-ядерщик, он работал в Чернобыле в день взрыва. После аварии нашу семью эвакуировали из Припяти. Спустя 30 лет я собрала деньги на кикстартере и смогла сделать проект и издать книгу — серию портретов эвакуированных людей в городе-призраке Припяти (там, где они жили, работали или учились).

Всегда важно, чтобы между фотографом и проектом была эмоциональная связь?

Есть персональные проекты, которые затрагивают струны в душе. В то же время очень хорошие документальные проекты получаются о том, что интересно лично автору.

Например, долгие годы в медиа недостаточно освещали жизнь женщин, их проблемы. Фотожурналисток было мало, а фотографов-мужчин не особо интересовали роды, жизнь матерей-одиночек, домашнее насилие или монахини в буддийских монастырях. Этих тем как будто не существовало.

Сейчас мы все больше узнаем о разных аспектах жизни женщин, в разных странах — от авторов-женщин. Личный интерес или эмоция добавляет проектам глубины.

А ты сталкивалась с гендерными стереотипами в сфере фотографии?

Живя в Украине, я как-то не думала о стереотипах — а проявления сексизма воспринимала скорее как данность, чем то, с чем нужно бороться. В моем близком окружении не было ограничений вроде «ты  девочка и должна заниматься тем, а не этим». Поэтому мне казалось, что мы переросли эту тему, и такие проблемы меня не касаются.

Когда я окончила учебу и стала интенсивно работать, начала замечать эти гендерные перекосы даже в Германии. Я осознала, что секситские шутки, предвзятое отношение, непрошенные знаки внимания на улице — те мелочи, от которых раньше хотелось просто отмахнуться, — это ненормально, и о них нужно говорить вслух.

Например, в команде приглашенных тревел-фотографов я часто оказывалась единственной девушкой. Или понимала, что за советами почему-то обращаются к парням, хотя я в команде самая опытная. А однажды, когда покупала камеру на барахолке и задала продавцу вопросы о технических характеристиках, он мне, как маленькой, несколько раз повторил: «Ну это же камера, в которую надо вставлять пленку!»

Или вот: я стала амбассадором большой компании. Конечно, приятно, что на меня обратили внимание. Но оказалось, что из 40 фотографов только четыре — женщины. На вопрос «Почему?» ответили, что не знают больше женщин-фотографов. А я могу сходу 50 имен назвать.

На руководящих позициях часто находятся мужчины, и они просто не задумываются о дайверсити. Например, один туристический бренд мне сказал: «Наша аудитория — мужчины, потому что женщинам не интересны приключения». Почему? Мне вот интересны приключения, и я — женщина.

Дискриминация — это не обязательно агрессия. Часто она завуалирована под «заботой». Ты же девочка, ты не можешь с рюкзаком в гору лезть — сиди у бассейна и пей шампанское.

Твой коллектив Bell Collective — как раз про women power. Как он появился?

Этот проект назван в честь Гертруды Белл — антрополога, одной из первых известных путешественниц. Еще bell означает «звонок» — хорошее слово, вызывает ассоциации с тем, что мы хотим громко заявить о проблеме. В то же время в названии мне не хотелось акцентировать различия между женщинами и мужчинами.

Bell Collective — это коллектив профессиональных женщин-фотографов, он постоянно растет и меняется. Его миссия — менять стереотипы о женщинах, которые путешествуют и занимаются творчеством. Мы, женщины, не фотографируем как-то по-другому. Но среди стереотипов и гендерного дисбаланса в профессии нам нужно больше платформ, где мы могли бы заявить о себе, показать свои навыки и стать ролевыми моделями для подрастающего поколения.

Листая инстаграм, я поняла, что есть стереотип: если женщина — блогер, то ее темы — фэшн, еда, дети. Алгоритмы продвигают стандартный образ женщины-модели, музы, фитнес-няшки и красотки, которая позирует в красивых платьях на фоне зданий. Ничего не имею против, но хочется, чтобы это был не единственный образ женщины-фотографа или путешественницы, который идет в массы.

Многие девочки, которые интересуются фотографией, в соцсетях не видят правильные ролевые модели — сильных, интересных женщин. Тех, которые не просто остаются «музами», но и сами творят прекрасные вещи. Инфлюенсер — это не всегда условная Ким Кардашьян, знаменитая потому, что пилит красивые селфи и живет шикарной жизнью напоказ. Это — человек, который добился признания в конкретной сфере и своими навыками и талантом привлек к себе внимание десятков и сотен тысяч людей.

Профессионалы с большой аудиторией в социальных медиа должны показывать, что таланты и интересы женщин могут быть в разных сферах. У меня много знакомых женщин-фотографов со значительным числом подписчиков, которые делают уникальные проекты — но редко добавляют свои портретные фото в ленту.

В прошлом году я собрала работы 14 фотографов-женщин в книгу Bell Collective, которая вышла в крупнейшем немецком издательстве DUMONT. Все женщины из этой книги занимаются тревел-фотографией, но подход к путешествиям и акценты у них абсолютно разные: архитектура, минималистичные сюрреалистичные пейзажи, съемки дроном, портреты, репортажи. Мне было важно показать это разнообразие.


Обложка книги Bell Collective

Bell Collective — это комьюнити, я планирую его развивать и дальше. У нас есть сайт, подкаст на английском, скоро в блоге будем публиковать статьи от авторов-женщин о путешествиях и фотографии. 

Мы уже делали совместные проекты с Mercedes Benz, Nikon. В ближайших планах — создание продакшн-агентства. Женщин, которые снимают для больших компаний, в процентном соотношении до сих пор очень мало. Важно показывать, что они есть — и делают прекрасную работу.

Когда я создала Bell Collective, многие мужчины в инстаграме слали шуточки про феминисток, оскорбления. Такое поведение явно указывает на огромную работу, которую еще нужно проделать в сфере гендерного равенства. А женщины в основном пишут слова поддержки и благодарности. Это очень приятно — я понимаю, что делаю все правильно.

Расскажи о другом своем громком проекте — путеводителях Kyiv by Locals?

Для меня поездка в Украину — это путешествие. Мое детство прошло на Троещине, в спальном районе Киева. Когда приезжаю туда — смотрю на все большими глазами, вижу масштаб и размах, ритм, эстетику. Как будто я иностранка в родном городе.

В 2017 году вчетвером с подругами мы сделали путеводитель Kyiv by Locals на английском языке — я была креативным директором и кофаундером. Мы получили хорошие отзывы от иностранцев, которые покупали его в Киеве. 


Обложка путеводителя Kyiv by Locals

На презентации некоторые люди мне говорили, что у них была такая же идея, но не хватало времени или денег. Мне часто кажется, что наши люди постоянно хотят обесценить чей-то труд. Когда пытаешься что-то создать — тебе рассказывают, что ничего не получится. А когда все-таки делаешь — говорят, что идея не оригинальна. 

Ты много снимаешь на смартфон. Как в цифре сохранить вот эту магию?

Считать, что только аналоговая фотография сохраняет магию, — максимализм. Возможности цифровой фотографии уже на таком уровне, что неважно, на что снимать, — настроение передается талантом автора и его видением.

Мне нравится снимать на пленку — ты не видишь результат сразу, а через какое-то время получаешь зернистое воспоминание. Но очень часто я фотографирую на смартфон: эта камера всегда со мной и помогает делать незабываемые мгновенные кадры. Качество этих снимков не всегда уступает тем, что сделаны на зеркальную фотокамеру, главное — правильно оценивать возможности и ограничения смартфона.

Делать фото на смартфон может каждый, значит, каждый — фотограф?

Дай одну и ту же камеру фотографу и не-фотографу — и получится абсолютно разный результат. А то, что сейчас большому количеству людей доступны базовые возможности фотографии, — хорошо, это развивает эстетическую сторону.

Чувство композиции, цвета, света — эти знания не зависят от того, насколько ты знаком с техническими настройками. Главное — видение и собственный стиль.

Недавно я сделала ютуб-туториал по смартфон-фотографии. И там говорю, что предпочитаю авторежим в камере смартфона. С ним не нужно выставлять миллионы настроек. Просто берешь и фотографируешь в нужный момент.

Сейчас на ютубе много бесплатных туториалов, с которых можно начать. Смотри уроки и практикуйся. Но сначала выучи базовые приемы. И еще нужно:

#1. Помнить об ограничениях камеры смартфона. Каким бы крутым он ни был, у его камеры довольно маленький сенсор и короткофокусные объективы. Снимать в темноте всегда сложнее, а при попытке приблизить изображение появляется цифровой шум и падает качество.

#2. Быть минималистом. Многослойная композиция при съемке смартфоном часто получается «плоской». Лучше выбрать однородный фон и сделать главным один объект на переднем плане.

#3. Придерживаться правила третей. Мысленно раздели кадр линиями на три равные части по горизонтали и вертикали. Если поставить объект на пересечении этих воображаемых линий — кадр станет более гармоничным.

Я верю, что на любой смартфон можно сделать хорошее фото, которое зацепит человека. Возможно, не технически идеальное — но у него будут все шансы выглядеть эстетически лучше, чем профессиональное. А когда появится возможность купить хорошую камеру (и ты поймешь, что это точно нужно) — купишь.

Допустим, я — молодой фотограф. Как мне развиваться?

Точно нельзя сдаваться — нужно идти напролом. 

Люди часто выстраивают негативные сценарии заранее. Но если вы делаете что-то честное, вам это действительно интересно и кажется важным — не нужно бояться показывать работы, обращаться в галереи. 

Если вы только начинаете, напишите фотографу, который вам нравится, станьте его ассистентом — это отличный старт. Если хочешь поработать с брендом, можешь сидеть на месте и ждать, пока его команда осознает твою гениальность, а можешь — активно предложить сотрудничество. Тебе могут сказать, что нет подходящих проектов и бюджета, — но тогда ты просто напишешь позже, еще раз (два, три).

Когда я вижу в галерее Тейт Модерн мешок картошки на стене, понимаю: кто-то смог «продать» это как арт-концепт. Почему я не смогу? «Плохое» искусство на самом деле мотивирует намного больше, чем однозначно гениальное.

Многие ждут, что получится все и сразу. И когда этого не происходит, наступает период глобального разочарования. Никогда не сдаваться — совет простой, но важный. Многие действительно сдаются намного раньше, чем нужно.

Как заработать фотографу в Германии — и как в Украине?

Большинство моих знакомых фотографов в Украине делают частные фотосессии, снимают свадьбы, рекламу — и на этом зарабатывают. В Германии тоже многие работают в коммерческой и рекламной фотографии. Но есть, например, Андреас Гурски, который выставляется в музеях современного искусства и продает работы на аукционах. Это чистый арт, отдельный уровень. 

Я знаю фотографов, которые снимают для заграницы и живут в Украине. Я живу в Германии, зарабатываю, плачу налоги и получаю от этого обратную связь: например, медстраховку, хорошие дороги и гарантированные услуги. По личным наблюдениям, 90% фотографов-фрилансеров в Украине не платят налоги. После 11 лет жизни за границей меня такой вариант не устроил бы. 

Хочешь быть бедным художником — можешь быть им где угодно. Если хочешь зарабатывать и работать с крупными брендами, стоит пробовать. Тоже где угодно.

И при этом важно быть максимально аутентичным?

Только с богатыми родителями или партнером можно жить в лофте в Нью-Йорке, не беспокоясь об арендной плате, заниматься искусством и рассуждать, какой ты аутентичный и бескомпромиссный. Если начинаешь с нуля (практически в любой сфере), часто приходится подстраиваться. Реальность такова, что иногда нужно идти на компромисс. Главное, чтобы он не был настолько велик, чтобы потерять себя полностью. 

Кажется, у тебя миллион задач. Как ты распределяешь время?

С детства мне было сложно концентрироваться — выполнять рутинные задания, сидеть смирно и внимательно слушать. Папа говорил, что у меня «мысли — как блошки». Это всегда звучало как шутка, пока не стало влиять на качество моей жизни, рабочие и личные отношения.

Я постоянно теряла вещи: забыла где-то три фотоаппарата, лэптоп, несметное количество очков, телефонов и кошельков. Всегда думала, что просто рассеянная — пока мне не поставили диагноз ADHD (синдром дефицита внимания и гиперактивности).

Сейчас я работаю над собой, хожу к психотерапевту, делаю специальные упражнения, которые кардинально улучшили мою жизнь. Перестала пить кофе, он меня сильно возбуждал, сердце колотилось каждый день. Иногда принимаю капсулы CBD — каннабидиол (препарат из конопли, но без психоактивных свойств), расслабляющий нервную систему.

Но даже сейчас чем больше свободного времени, тем сложнее мне организоваться, я начинаю прокрастинировать. А дедлайны помогают концентрироваться. Я делаю намного больше, если график плотно забит.

У фрилансера в принципе нет «рабочих» и «выходных». Это тоже сильно нагружает. Многим кажется, что работать на себя круче, но это — большая ответственность и тоже источник стресса (иногда хочется, чтобы кто-то сказал, что делать). Из-за этого у меня бывают панические атаки, часто чувствую тревогу в повседневных ситуациях.

Мы привыкли не говорить о психическом здоровье. Но это должно стать нормальной темой для разговора, потому что касается многих.

Но суперпроблем у меня нет. Я стараюсь быть благодарной за возможности — например, улететь на две недели на Фуэртевентуру, как сейчас. Когда я начинаю плакать или переживать — муж напоминает мне, как все вокруг прекрасно. Мне кажется, это черта восточноевропейцев — все время ждать подвоха и того, что все станет плохо.

Поделиться материалом